![Художник Роза Курамшина Художник Роза Курамшина](http://artrb.ru/wp-content/uploads/2021/07/2021-07-07-loveartrb-book-talents-roza-kuramshina-01.jpg)
Художник Роза Курамшина
Роза Габдулхаевна Курамшина родилась в мае 1952 года в Узбекистане. Когда ей исполнилось пять лет, с родителями вернулась на их родину, в Уфу. В 1969 году окончила уфимскую гимназию № 3, в 1976 году – Уфимский медицинский институт. После окончания института работала врачом в уфимских больницах № 6 и № 21, преподавала анестезиологию и реаниматологию в медучилище № 1. Будучи сертифицированным организатором здравоохранения, занималась улучшением его качества в Республиканском кардиологическом центре. Работая в РКЦ врачом-рефлексотерапевтом, организовала там отдел экспертизы и качества медицинской помощи. Врач-рефлексотерапевт высшей категории.
Медик по образованию и художник в душе, Р.Г. Курамшина с детства увлекалась рукоделием, шила, рисовала. Изготовлением брошей занялась, выйдя на пенсию. Яркие, изящные работы были по достоинству оценены сначала близким окружением художницы, затем она стала лауреатом конкурса «Любимые художники Башкирии» в номинации «Таланты».
– Роза, у ваших брошей какая-то очень милая энергетика. Согласны со мной?
– Энергетика? Пожалуй… Мне вспомнилось, когда я в своё время работала врачом-рефлексотерапевтом, больные говорили с удивлением: «Ой, какие у вас горячие руки!» Им было невдомёк, какими мои руки становились холодными к концу рабочего дня, иногда возникало такое ощущение, что едва ли хватит сил добраться до дома. Я всю энергию свою отдавала. И так 15 лет, у меня высшая категория по рефлексотерапии.
– Ни разу не пробовали не вкладываться полностью? Поберечь себя?
– Отчего же, пробовала однажды (смеётся), совершенно другой результат получается.
– В бисероплетении так же?
– Когда мастерю броши, как будто в них через иголочку переходит частичка души. В каждую вещь, которую ты делаешь с любовью, вкладываешь особую энергетику…
– Вы занялись этим старинным видом прикладного искусства не вдруг. Пожалуйста, расскажите и об этом. Быть может, ваши слова поддержат кого-то, кто в похожей ситуации утратил надежду.
– Пять лет я фактически находилась между жизнью и смертью. Только когда лет пять прошло с момента постановки диагноза, поняла, что, кажется, «проскочила». Мужу сказали: «Четвертая стадия онкологии, полгода максимум». Я сначала «лапки сложила», а потом думаю: «Как это так? Я ещё столько всего хотела сделать, столько ещё у меня было планов. Почему я должна умирать?»
После активного лечебного процесса мои близкие родственники с мужем поддержали меня здорово, повезли в Карловы Вары. Я им очень благодарна. Ехала с таким чувством, что, может быть, не вынесу пути туда. Мне было уже всё равно, где умирать, – дома или в дороге. Но увидела, как там красиво, как все живут и радуются жизни, включая стариков. Что-то там во мне «сдвинулось», что-то произошло, и вот так потихонечку пошла на поправку. Такая история… Поэтому у меня есть «до» и есть «после». Не знаю, как и что меня тогда спасло.
– Может быть, творчество в том числе?
– Возможно. Я люблю глазами, люблю в жизни всё красивое, оно меня воодушевляет. Можно сказать, что болезнь обострила мою способность воспринимать мир и подтолкнула к самовыражению в моих работах. Ещё как врач я верю, что наш организм – самовосстанавливающаяся система. У каждого свои пути к выздоровлению, я интуитивно выбрала этот.
С бисером у меня всё как бы само собой сложилось. Всегда увлекалась живописью, шила, моделировала одежду, мастерила бижутерию, вязала. Пару лет назад дочь сказала, что сейчас модны броши из бисера. Идея мне понравилась. Дочь показала какие-то фотографии, и я стала пробовать. Пара роликов на YouTube – и пошло. Наверное, я к этому уже достаточно была подготовлена, поэтому мне не понадобился учитель, хватило самообразования и навыков. Поняв азы, уже сама дальше доходила до того, как реализовать собственные идеи.
– Как у вас рождаются идеи брошей?
– Бывает по-разному: понравится мне картинка в том же Интернете, или по телевизору, в книжке, на ком-то в реальной жизни увижу симпатичную брошь. Много у артистов и дикторов можно «подсмотреть», им как никому присуще чувство стиля. Так и рождаются идеи моих брошей.
С приобретением бисера никаких проблем нет, да и подружки все свои запасы бус, которые у них без дела лежали, принесли в надежде получить от меня украшения на платье, пиджак, блузку. Мои листочки, зонтики, птички, самолётики легко разлетаются по своим новым хозяйкам. Вот видите, вам нечего показать, кроме как на фотографиях.
– Не удивительно! Благодаря тому, что к бисеру разной формы вы самым неожиданным образом добавляете более крупные бусины и постоянно экспериментируете с цветом, птицы, животные и листочки получаются необычайно эффектными. Кроме того, благодаря той самой энергетике, которая передаётся им от вас, броши имеют ещё и выраженную эмоциональную окраску, они спокойно и деликатно излучают совершенно живые по ощущениям тепло и доброту. Безусловно, такие рукотворные украшения добавят гармонии в образ любой земной женщины, которая сохранила маленькую девочку внутри себя, способную играть и видеть сказочные картины. И ещё этот волшебный объем! Капли на чёрном зонтике звучат… И чудесный шум короткого летнего дождя просто невозможно не услышать, его мудрую песенку: «Пройдёт и это».
– Мои подружки, подружки дочери и она сама с удовольствием носят мои броши. Себе вот только никак не соберусь. Идеи есть – времени не хватает!
– Получается, что свои идеи у вас рождаются, когда мир подбрасывает яркие образы, пусть даже уже реализованные другими?
– У меня так всегда было: увижу что-то одно, а в голове сразу множество вариантов возникает. Это касается не только одежды.
– Способность сразу много вариантов увидеть – это ваша особенность?
– Да, и с этим непросто жить. Я порой завидую людям, которым ничего «такого» не надо (смеётся). Они живут себе спокойно и радуются жизни, а у меня в голове куча вариантов, которые хочется осуществить, а времени на это не хватает! Даже спать не могу иногда – массу вариантов в голове «прокручиваю». Столько желаний! Всё хочется сделать! И ещё я перфекционист во всём. Мне надо, чтобы всё было идеально; могу сто раз переделать, но чтобы строчка была ровная-ровная, чтобы никаких дефектов.
– Выходит, вы своей интуиции доверяете?
– Это не мешало мне всю жизнь искать себя: хотела быть архитектором, художником, модельером, хотела быть летчиком, хирургом-кардиологом. При поступлении в вуз выбирала между профессиями врача и архитектора. Тогда же здесь архитектурного факультета ещё не было, поэтому остановилась на медицине. Я всю жизнь искала себя в профессии, поэтому у меня много специализаций, начиная от реанимации и анестезиологии, организации здравоохранения и менеджмента качества до рефлексо- и гирудотерапии. Пришлось всю жизнь учиться, профессия врача связана с постоянным самосовершенствованием. Работала заведующей детским отделением в поселковой больнице в Свердловской области, врачом-неонатологом в ГКБ № 6 Уфы, врачом-рефлексотерапевтом в уфимской ГКБ № 21 и в Республиканском кардиологическом центре, где со временем стала заведующей отделением управления и экспертизы качества, у истоков организации которого стояла. Свободного времени совершенно не оставалось, но в мыслях меня всё время тянуло к творчеству.
– Раз думали об архитектуре, предположу наличие хорошего пространственного воображения. Рисовали в школе?
– Очень любила и рисование, и черчение. С четвёртого класса мне удавались портреты, многие из них побеждали в школьных конкурсах, стенгазеты всегда занимали призовые места, поэтому в институте я скрыла свои способности к рисованию, чтобы меня не отвлекали от учебы общественной работой.
– Кто-то в семье рисовал?
– Вовсе нет! У родителей – рабочие специальности, обычные люди. Среди родственников много преподавателей: мамины и папины сёстры почти все были учителями, кто в городских школах, кто в сельских. Мама работала на «Мелькомбинате», она была трудягой и общественницей, избиралась депутатом Городского совета Уфы, отец – на «Гидравлике».
Наверное, в большей степени среда роль сыграла. В детстве у меня была подружка, с которой мы как раз те стенгазеты и рисовали, так вот, у неё отец был художником. Мы с ней до сих пор дружим, хоть она теперь и в Москве живёт.
– Как фамилия художника?
– Стахеев Орест Павлович. Интеллигентнейший человек с аристократической внешностью. Самое интересное, что в 90-е годы, когда все кинулись изучать свою родословную, оказалось, что и он, и его дочь – прямые потомки меценатов и богатейших людей России, купцов Стахеевых. Старшая сестра живописца Ивана Шишкина – родная прабабушка Ореста Павловича. Он всю жизнь скрывал своё происхождение, так как его отец был расстрелян в 1937 году как предводитель контрреволюционной повстанческой белогвардейской организации в Уфе. Почти вся Елабуга была построена на деньги Стахеевых, в Москве им принадлежал комплекс доходных домов на Лубянской площади.
Представляете, наследники таких людей жили более чем скромно! Одна комната, кровать и обеденный стол, между ними даже прохода практически не было. Отец брал большой кусок фанеры и на нём работал. Я почерпнула от него многое: он нам то шрифт покажет какой-нибудь красивый, то как надо акварель разводить, как фон делать. Наши стенгазеты всегда занимали первые места на конкурсах. Я до сих пор храню портрет, написанный его рукой.
Да, среда сыграла свою роль в моём формировании. Те же учителя в нашей третьей школе были с большим вкусом женщины. Классная руководительница мне всегда говорила, глядя на фасоны моих платьев: «Роза, тебе только в модельеры!» Она знала, что я их сама придумывала, сама шила. Обшивала сестер, маму, подруг. Первые уроки рукоделия я получила от мамы.
– Она была модницей?
– Да нет, она простая была совсем, шила по необходимости. Представьте, четыре девочки! Нас же надо было одевать.
– Самое время рассказать про то, как вы попали в проект «Любимые художники Башкирии».
– Совершенно случайно! Муж у меня ещё в 70-х годах играл в вокально-инструментальном ансамбле «Красные кресты», который он с друзьями организовал на первых курсах мединститута. Они выступали на публичных мероприятиях «Любимых художников Башкирии» по приглашению Наиля Махмутова, взаимодействовали и при создании книги об уфимском рок-н-ролле. Вот Радик и говорит мне как-то: «Будет конкурс и для непрофессионалов декоративно-прикладного искусства. Наверняка изготовлением брошей мало кто занимается. Давай пошлем твои работы!» Так «от балды» и послали.
И потом вдруг нас вызывают: надо прийти на награждение. Если бы я надеялась на что-то, попросила бы знакомых проголосовать. Никаких иллюзий не питала…
– Муж всегда вас поддерживал?
– Да. Он обрадовался моим успехам даже больше, чем я! Он вообще меня всю жизнь поддерживает во всём. И с болезнью мы вместе боролись. Без него я бы не выжила. Ему много досталось. Он терпеливо переживал со мной все трудности, связанные с этим. Я поражаюсь его терпению, и результат очевиден. Вместе мы сильнее.
Текст: Елена Синицына
«Любимые художники Башкирии», книга 2, серия «Земляки», стр. 74-78
#ЛюбимыеХудожникиБашкирии #Таланты #РозаКурамшина #Скульпторы #Художники #МастераДПИ
Смотрите работы художников, скульпторов, графиков, фотографов и мастеров ДПИ в галереях на нашем сайте. Поддержите участников проекта – голосуйте за понравившиеся произведения искусства!
Вы художник, скульптор, фотограф или мастер декоративно-прикладного искусства? Вы родились, жили или живете в Башкирии? Подайте заявку, чтобы разместить работы в онлайн-галерее!