Художник Айдар Альметов

Художник Айдар Альметов

Художник и музыкант Айдар Гавасович Альметов родился 14 ноября 1965 г. в Нефтекамске. В заголовок статьи вынесена строчка из песни «Добежать до рассвета» группы «Ансамбль Гагарин», солистом и автором текстов которой вот уже 10 лет является Айдар. Точнее, коллектив образовался еще раньше, во времена, когда Альметов держал художественную галерею в Уфе, в подвале на ул. Ленина; и галерея, и музыкальная группа назывались AiDart.

Галерея закрылась, а музыкальная группа была переименована 6 апреля 2008 г. на концерте в уфимском Джаз-клубе. На сегодняшний день у «Ансамбля Гагарин» на счету несколько сольных альбомов.

Посмотреть работы художника

Как художник Айдар Альметов провел семь персональных выставок в Уфе и других городах Башкирии. Является членом Творческого союза художников России и Международной федерации художников ЮНЕСКО. Работы хранятся в частных коллекциях Италии, США, Греции и России.

– Между музыкой и рисованием я выбирал еще в детстве, – рассказывает Айдар – Куда пойти: в музыкальную школу или в художественную? На обе дополнительные школы времени бы не хватило: я любил пошалить, побегать на улице, полазать по гаражам, повзрывать бомбочки и ракеты. К спорту особенно не тянулся, но занимался тем, что сейчас близко к паркуру, был очень подвижным. Любил также и посидеть с книжкой. С детства думал: стану художником. Ну и плюс музыкантом, конечно. В Нефтекамске, в местном универмаге, был большой музыкальный отдел, и там всё такое блестящее: медные дудки, гитары, барабаны – хотелось научиться на них играть.

– Семья творческая у вас?

«Пророк Иона во чреве кита», Айдар Альметов, холст, масло

«Пророк Иона во чреве кита», Айдар Альметов, холст, масло

– Нет, обычная трудовая семья. Папа – нефтяник, электрик по образованию, кабинетную работу он не любил, в поле обслуживал вышки. Мама – киномеханик, в детстве это ценилось, так как я мог посещать кинотеатр бесплатно. Я запомнил, как из будки киномеханика в кинотеатре «Маяк» смотрел черно-белые фильмы. Мама прекрасно пела и танцевала, активно участвовала в художественной самодеятельности, а папа рисовал шариковой ручкой, у него это достаточно уверенно получалось. Он поддержал меня, когда я выбрал художественную школу. И когда я окончил 8 классов обычной школы и 4 класса художественной, встал вопрос: продолжать ли обучение до десятого класса или сразу идти куда-то.

Учился я прилично, по математике четверку вытягивал, по другим предметам тоже хорошо. Но дисциплина хромала, часто дрался, в числе трудных подростков состоял. Обычным пацаном был, который рос в дворовых условиях и мог за себя постоять. Если кто-то лез с кулаками, я отвечал тем же. Из-за дисциплины я и ушел из школы после восьмого класса. Папа настаивал на нефтяном техникуме, а я хотел быть художником. Но и тяга к технике у меня присутствовала. А тут как-то приходит мама с автозавода и говорит: «Сынок, есть в Минске автомеханический техникум, там наладчиков станков с ЧПУ готовят». А я всегда был «задвинут» на фантастике, любил читать про роботов, про вселенную и космические путешествия, увлекался астрономией очень, и мне так туда сразу захотелось! Я представил себя в белом халате, вокруг блестящие роботы, а я хожу с отверткой и что-то у них подкручиваю. Станок с ЧПУ (числовое программное управление) – тот же робот, по сути. К тому же – город-герой Минск, а там – белорусские партизаны, о которых я читал в книжках про войну: как не поехать? Четыре года отучился в том техникуме, получил диплом наладчика станков с ЧПУ, но честно скажу – не моё это. Зато там у меня появилась первая музыкальная команда, которая называлась «07-08», я играл на гитаре и пел. Мы выступали на творческих вечерах, пели Кузьмина, популярный репертуар различных ВИА того времени и одну песню собственного сочинения. А еще я там много рисовал. Мне было всё интересно: белорусская столица, новый для меня город, я ходил с открытым ртом, в первый раз прокатился на троллейбусе и, знаете, очень удивился, когда услышал там нецензурную брань: какие-то работяги ехали, общались и матерились при этом. Я думал: как же так, это же Минск! Несмотря на хулиганское поведение, я внутри оставался чистым ребенком, книжным мальчиком. Да и кино у нас в то время сплошь культурное было, поэтому я и думал, что ругаются только в провинции.

«Жук», Айдар Альметов, холст, масло

«Жук», Айдар Альметов, холст, масло

После окончания техникума вернулся в Нефтекамск. Пошел работать на автозавод в бюро станков с ЧПУ, и выяснилось, что специалист из меня никакой. Что поделаешь, гуманитарий я по натуре. Потом пришла повестка в армию. Сначала попал в учебку внутренних войск в г. Шауляй в Литве, а поскольку у меня техническое образование, сразу сказали: будешь радиомастером. В итоге я, радиомастер III разряда, должен был ремонтировать радиостанции малой мощности. Но и это у меня не очень получалось.

– Долго же вас несло не в свою стезю…

– Да, меня туда-сюда мотало, хотя, в принципе, всегда рисовал и всегда пел. После учебки меня распределили в Донецкий оперативный батальон внутренних войск, который в то время находился в Чернобыле. Это был 1986 год. 26 апреля случилась авария на Чернобыльской АЭС, а 11 мая я уже был там, охранял 30-километровую зону. Пробыл я там чуть больше недели и вместе с частью вернулся в Донецк, где стал радиомастером. Слава Богу, серьезных поломок во время моей службы не случилось, не пришлось доказывать свой непрофессионализм. А после армии – снова в Нефтекамск, снова на автозавод. Тогда по трудовому кодексу как было: откуда призвался, туда должен вернуться. Но началась перестройка, и я стал задумываться: нужен ли я тут вообще, что я вообще сделал в жизни? Пришел к начальнику, попросился в цех. Встал за токарный станок с ЧПУ. И начал спиваться. А что еще делать на нефтекамском заводе после армии? Один раз меня станок так зажал, что я чуть руки не лишился. Дурак, конечно. Мимо бригадир проходил, успел остановить механизм, а сам я до кнопки бы не дотянулся. Подумал, наконец: какие перспективы в такой жизни? Никаких. И тут вижу объявление в нефтекамской газете о наборе на худграф на подготовительное отделение пединститута в Уфе. Я понял: вот, надо ехать. И поехал, поступил, хотя конкурс был высокий. Отучился 6 месяцев на рабфаке, стал студентом первого курса, а через 5 лет получил диплом. С тех пор стезя, наконец-то, своя. Остался в Уфе, работал 12 лет в Башкирской государственной филармонии им. Х. Ахметова художником-постановщиком, а начинал там как художник-рекламист. В это же время, наконец-то, начал писать самостоятельно, взялся за кисть. И песни сочинял постоянно, пел их в компаниях под гитару.

– У вас есть серия картин в одном стиле с тематикой «существо и его оболочка» и «двойственная сущность существа». Как вы вышли на такие темы?

– Форма и содержание, они об этом, наверное. Форма – внешняя оболочка, а содержание может быть совершенно другим. Я не знаю, как оно пришло. Помню первую картину в таком плане – «Дракон»: человек стоит на руках и он же – двухголовый дракон. Какое-то время я потом развивал эту тему, но в итоге стало неинтересно. В последнее время я пишу портреты, не только заказные, больше – портреты друзей, хочу выставку портретов сделать, но половину из них я уже раздарил, не получается из меня коммерсант и стратег.

«Портрет Владимира Жигулина», Айдар Альметов, 2014

«Портрет художника Владимира Жигулина», Айдар Альметов, 2014, холст, масло

«Портрет художника А. Королевского», Айдар Альметов, холст, масло

«Портрет художника А. Королевского», Айдар Альметов, холст, масло

– Погодите, портреты портретами, но вот эти картины, про оболочку и содержание, – вы в них мыслите. То же самое вы делаете в песнях, когда пишете текст. Вы теперь совсем отошли от картин-размышлений или рисуете на другие темы, которые я просто пока еще не видела?

– Я больше не вкладываю интеллектуальный подтекст в картины. Считаю: было и было, надо очередную ступеньку перешагнуть. В последнее время меня привлекает реализм. Теперь я бы писал бытовые жанровые сцены, передающие современность. Над этим надо поработать еще. Обычный художник-реалист – вот что меня сейчас привлекает. Чаще бывает, когда художник начинает с академической живописи, а затем уходит в авангард. У меня – наоборот. А сейчас я икону пишу. Знакомый иконописец предложил заказ, и я взялся. Для меня это не просто очередное испытание. Я сам православный, крещеный.

– Вы поете: «Я – та сила, которая катится к черту, желая творить добро».

– Да, это было раньше. Очень многое во мне поменялось после принятия православия в 2014 году. Меня перед тем чуть не убили прямо здесь, в мастерской. Я сюда только въехал и делал ремонт, и повадились ко мне местные сантехники ходить, которые, сидя без работы, часто выпивали. Они же зашли и на Новый год. Мы сидели, отмечали, конфликта не было. Я думал, у нас нормальные приятельские отношения. Но среди них был человек, отсидевший в тюрьме. Не знаю, может, я наивным так и остался, но верил: если показать людям картины, спеть для них песни, то они от этого станут лучше. Мы выпивали, я играл на гитаре, и драка с их стороны вспыхнула ни с того ни с сего. Он стал просто меня убивать: вломил по голове, ногу сломал. И убил бы, но спас друг – проходил мимо и начал долбиться в окошко. И потом, пролежав в больнице на вытяжке 21 день, я понял, что так жить больше нельзя. И сразу, как выписали, поехал к отцу Андрею в Нефтекамск, с которым мы познакомились на одном из моих концертов. Он сказал: «Приехал? А я боялся, что тебя убьют». Вот так я и стал православным. В крещении меня зовут Иоанн. С тех пор все встало на свое место. На самом деле, я сейчас даже благодарен тем, дворовым. Я понял, что это сверху, предупреждение. Теперь понимаю, насколько был не прав, когда жил так и был уверен, что именно такой, полупьяный, образ жизни соответствует творческой личности. Что все мы такие, что любой творческий человек так устроен.

– «Душа, вроде, к Богу стремится, но что-то мешает»?

– Теперь ничего не мешает. Нет, мешают, конечно, лень и собственное несовершенство. Многое осталось с того времени, когда я был другим человеком, бываю и раздражительным иногда, срываюсь на близких, но, к счастью, это все реже и реже. Я стараюсь быть чище и, надеюсь, с тех пор тексты песен стали светлее.

– Вы упомянули, что пишете икону сейчас, теперь это обретает особенный смысл.

«Портрет Янбаева Руслана», Айдар Альметов, 2018, холст, масло

«Портрет Руслана Янбаева», Айдар Альметов, 2018, холст, масло

– Я пишу икону своего святого – Иоанна Златоуста, пишу не для себя, а по заказу, для мальчика, которого тоже зовут по крещению Иоанн. Это моя первая икона, и не знаю, как так совпало, что на ней будет изображен именно мой святой. Стараюсь сделать ее как можно лучше. Это не живопись в обычном смысле, требуются большая тщательность и проработка деталей. А еще я занялся своим музыкальным образованием, поступил в институт искусств, пока на подготовительное отделение по классу джазовой гитары, более или менее успешно закончил первый курс. Многие спрашивают: ты чего, ты же умеешь играть на гитаре! Как выяснилось – не умею. Я не знал нот, сочинял музыку по наитию, используя гитарные аккорды. Хочу научиться записывать произведения в ноты, правильно аранжировать, лучше играть на гитаре.

– У меня возникло ощущение, что вы в самом начале своего настоящего пути – и музыкального, и художественного.

– Вы знаете, почти в 50 лет я почувствовал, что начал новую жизнь. До этого крутило-вертело. Представляете, только сейчас я исполнил детскую мечту – прыгнул с парашютом.

Текст: Надежда Смирнова
«Любимые художники Башкирии», книга 1, серия «Земляки», стр. 252-256

Посмотреть работы художника

#ЛюбимыеХудожникиБашкирии #Мастера #АйдарАльметов
#Художники #Живопись #Графика

Смотрите работы художников, скульпторов, графиков, фотографов и мастеров ДПИ в галереях на нашем сайте. Поддержите участников проекта – голосуйте за понравившиеся произведения искусства!

Онлайн-галереи

Вы художник, скульптор, фотограф или мастер декоративно-прикладного искусства? Вы родились, жили или живете в Башкирии? Подайте заявку, чтобы разместить работы в онлайн-галерее!

Принять участие